ГЛАВНАЯ
О ЖУРНАЛЕ
АРХИВ НОМЕРОВ
РЕКЛАМА В ЖУРНАЛЕ
КОНТАКТНАЯ ИНФОРМАЦИЯ
ГОСТЕВАЯ КНИГА

СОБЫТИЕ МЕСЯЦА

Башкортостан - Индия: бхай-бхай!
В Уфе побывал Чрезвычайный и Полномочный Посол Республики Индия в Российской Федерации господин Канвал Сибал. Он возглавил делегацию Посольства Индии ...

Турки зажигают
Церемония торжественного открытия стеклотарного завода, который построен в Шакше, запланирована на 8 сентября. На торжества, помимо представителей инв...

Слава матерям
24 августа в Уфе, в Доме Республики, состоялась церемония награждения многодетных матерей. Медали "Материнская слава" были вручены женщинам, которые р...

Биатлон на старте
С 5 по 10 сентября в башкирской столице будет проходить XI чемпионат мира по летнему биатлону.
- Спортивно-оздоровительный комплекс "Биатлон" в Уфе...


Как в зеркале…
В Уфе прошел конкурс близнецов, в котором приняла участие 21 пара. Горячо болеющим за своих детей родителям разрешили оказывать участникам посильную п...

Главы сели за парты

1 сентября школы распахнули свои двери ученикам всех возрастов. Но первыми за парты в этом году, как уже принято в Уфе, сели не дети. Заместитель г...

Доигрался в паровозики
Воспитанник Уфимской детской железной дороги Марат Гумеров стал победителем Всероссийского конкурса, который проходил в Москве, на Кратовской детской ...

Очень классные журналы
Все школы Башкортостана получили новенькие классные журналы, сделанные на Уфимском полиграфкомбинате. По заказу Министерства образования РБ их отпечат...

Потому что мегаполис
В скором времени в Уфе построят новую гостиницу и еще один бизнес-центр. Строительство трехзвездочного гостиничного комплекса будет вести ЗАО "Группа ...

Вкусный конкурс
В Уфе идет подготовка к традиционной выставке "Индустрия гостеприимства. Все для кухни, магазина, ресторана". Она пройдет с 5 по 8 сентября в Выставоч...

Дружим театрами
В сентябре главным культурным и политическим событием Башкортостана станет IV международный фестиваль тюркоязычных театров "Туганлык".
На фестивал...


8 ролей? Байегет!
Башкирский театр драмы готовит к новому сезону премьеру. "Урал-батыр" - так называется новая постановка Рустема Хакимова. Сюжет построен на башкирских...

Дебют по-английски
В одном из лондонских театров состоялась премьера спектакля по пьесе молодого уфимского драматурга Наталии Мошиной "Техника дыхания в безвоздушном про...

Товарищ Сухов в Уфе
В уфимском кинотеатре "Родина" прошла творческая встреча с народным артистом России Анатолием Кузнецовым. Его самой яркой работой была и остается блес...

Французское искушение
Национальная библиотека имени Ахмет-Заки Валиди РБ пополнилась новыми книгами. По издательской программе "Пушкин", созданной усилиями Посольства Франц...

Аксаков - Распутину, Чванову, Белову…
10 лет исполнилось 30 августа Всероссийской литературной премии имени С.Т. Аксакова.
Учреждение этой премии стало значимым политическим и культурн...


Памяти энциклопедиста
В сентябре студенты БГПУ и БГУ встретятся с башкирскими писателями на симпозиуме, посвященном 165-летию со дня рождения Мухаметсалима Уметбаева - башк...

Совершенство из Башкортостана
"Мисс Совершенство" - такой титул привезла уроженка Баймака Юлия Бахтиева, победительница "Хылыукай-2006", с конкурса красоты "Мисс Азия", который сос...

Первая навсегда
Приятный подарок получила в августе к 83-му дню рождения первая башкирская балерина, педагог-репетитор Башкирского государственного театра оперы и бал...

Между прочим
100 лет назад, в сентябре 1906 года, закончено строительство здания Усмановского медресе ("Усмания", ныне в нём школа №14).
75 лет назад, 20 сентяб...





     №9 (58)
     сентябрь 2006 г.




РУБРИКАТОР ПО АРХИВУ:

НЕКОПЕЕЧНОЕ ДЕЛО

ДНЕВНИК ГЛАВЫ

СОБЫТИЕ МЕСЯЦА

СТОЛИЧНЫЙ ПОЧЕРК

РЕПОРТАЖ В НОМЕР

ДЕЛОВОЙ РАЗГОВОР

КУЛЬТПОХОД

ARTEFAKTUS

ЧЕРНЫЙ ЯЩИК

РОДОСЛОВНАЯ УФЫ

СВЕЖО ПРЕДАНИЕ

ЭТНОПОИСК

ГОРОДСКОЕ ХОЗЯЙСТВО

ПО РОДНОЙ СЛОБОДЕ

ДЕЛОВОЙ РАЗГОВОР

ЗА И ПРОТИВ

ГОРОДСКИЕ ТЕХНОЛОГИИ








РУБРИКА "РОДОСЛОВНАЯ УФЫ"

В окнах памяти


Николай и Александра
Первомайская площадь (раньше она именовалась Троицкой) - самая старая часть Уфы. Более того, некогда на ней помещался весь наш город: именно здесь в конце мая 1574 года была заложена Имэнкала - дубовая крепость, положившая начало Уфе. Вокруг крепости появились и первые улицы: Посадская, Сибирская, Казанская. В мае 1759 года крепостные стены, башни и многие постройки погибли в огне губительного пожара - тогда сгорела треть всех домов. Самое печальное то, что в том майском пожаре погибли дом воеводы и канцелярия "с некоторыми указами, протоколами, журналами и протчими делами" - словом, весь архив с момента постройки крепости.
Пожары вообще имели для деревянной Уфы самые губительные последствия. Особенно катастрофическими, кроме уже упомянутого, были пожары 1611, 1803, 1816, 1821 годов. А занимались они порой по самым анекдотичным причинам. Так, в 1812 году гражданский губернатор Наврозов повелел окурить городские постройки дымом от горящего навоза: нашлись у него советчики, убеждённые в том, что этаким "народным" способом можно предотвратить распространение сибирской язвы. Но поднявшийся ветер едва не уничтожил не только болезнь, но также и всех её носителей. Сгорела едва ли не половина всех домов.
Через некоторое время в Уфе появилась пожарная команда. Абсолютно точную дату её создания сегодня назвать вряд ли удастся, но существуют достаточно убедительные свидетельства того, что она была образована в 1816 году (эта дата называлась и в начале ХХ века).
К пожарным мы ещё вернёмся, ведь здание пожарного депо на Первомайской площади - родной дом героини нашего очерка Евгении Николаевны Сокуровой.
Впрочем, начнём по порядку. Сокуровы - фамилия в дореволюционной Уфе известная: адвокат Павел Сокуров был редактором газеты  "Уфимский вестник". Но героиня нашего повествования утверждает, что отец её принадлежал к крестьянскому сословию. Окончил церковно-приходскую школу, работал на мельнице. Но дальше всё в его жизни пошло вовсе не так, как у большинства его ровесников. Сокуров оказался в Петербурге: Николая тянуло к технике, а таковая, как известно, больше любит города. Вот и поехал паренёк из провинции в далёкую столицу, где, как он слышал, открылись курсы шофёров. Была у него цель, были и деньги. В частной школе он получил звание водителя "мотора" - так тогда именовался только ещё входящий в российскую жизнь автомобиль. В самом деле, в Уфе, например, их число к 1914 году едва превысило полтора десятка.
Впрочем, шикарной кожанкой и кепи с наушниками Сокуров покорял сердца столичных дев недолго - началась война, и он был призван в армию рядовым. В шофёрскую роту, разумеется. Крутил баранку всю войну, да и в гражданскую неспроста стал механиком одного из пароходов знаменитой волжской флотилии Фёдора Раскольникова. Но заболел тифом, сильно ослаб и был отпущен на поправку на родину.
В родительском доме в Уфе его ждала встреча... с голубоглазым чудом по имени Саша. Но, как оказалось, "чудо" на внезапно обрушившуюся на неё любовь Сокурова отвечать не желало. И уж вовсе не мечтало оставаться в Уфе навсегда. Дочь богатого мензелинского мещанина, она с отличием окончила гимназию, а в 1915 года поступила в созданный знаменитым Владимиром Михайловичем Бехтеревым психоневрологический институт в Петрограде. Её братья были офицерами в царской армии, а вот Саша по молодости лет увлеклась вольнодумством, ходила на демонстрации, даже посещала эсеровский кружок.
Жизнь на глазах круто менялась, она же всё ещё мечтала служить народу, по простоте душевной полагая, что трудности - явление временное. Весной 1918 года из-за угрозы гибели от голода было решено эвакуировать детей из детских домов вглубь страны. Власти обратились за помощью к студентам медицинских учебных заведений. Среди откликнувшихся оказалась и Александра Перминова. Местом сбора были назначены жилые комнаты Зимнего дворца, в которых ещё недавно жили фрейлины. Там и познакомилась Саша с другой студенткой - Олимпиадой Сокуровой. Вместе девушки выдержали долгое и опасное путешествие в Уфу со слабенькими детьми питерских трущоб. И сошлись окончательно.
Тем не менее, брата Олимпиады Александра восприняла скорее как досадное недоразумение. Она рвалась в Петроград, где, как ей казалось, её ждёт светлое и достойное будущее. Всего-то для этого надо было дослушать институтский курс. Никак не хотела Саша понять, что в большом жизненном спектакле уже началось другое действие, что кардинально сменились декорации и даже сами действующие лица. Крайне неприятные известия приходили из Мензелинска: по причине "экспроприации экспроприаторов" её родители лишились не только имущества, но и крыши над головой - их дом заняли важные учреждения. Под угрозой ареста они бежали в Екатеринбург. В это время Саша, убедившаяся, что занятий больше не предвидится, вернулась в родной город. Некоторое время даже работала в "Обществе по охране материнства и младенчества". Когда же появились сведения, что братья её служат в Сибирской армии Колчака, добрые люди подсказали, что оставаться в родном городе опасно.
У родителей самих дела шли не ахти: чтобы просто не умереть с голоду, отец плёл лапти. Вот и начались для Саши скитания. Чужие люди, голод... К кому она могла обратиться за поддержкой? Оставалось надеяться только на себя. Работала медсестрой, сиделкой. В начале 1920-х, когда почта стала работать стабильнее, Александра вспомнила о своей уфимской подруге Сокуровой. Но переписка не завязалась - у  Перминовой так и не появилось постоянного адреса. Лишь в 1924-м она осела в Перми. Там и нашёл бравый шофёр свою не забытую за 6 лет любовь. На следующий год в уфимской Троицкой церкви состоялось венчание.
На площади базарной
"А вон там - четыре окна справа - была наша квартира", - показывает на второй этаж здания пожарной части в конце улицы Октябрьской революции Евгения Николаевна. Она задумчиво гладит рукой старую кирпичную стену. Где-то внутри возятся строители - идёт реставрация. А мы всё ходим и ходим вокруг, как будто пытаемся вытащить из этих печально глядящих на белый свет старых окон то, чего вернуть нельзя - детство.
Ах, что это были за времена! День начинался с пронзительного гудка гутмановского завода (в 30-е года - Госзавод №1), потом был поход в садик по покрытой булыжником Октябрьской. Вела Женю, как раньше было принято, старшая сестра Лиза, хоть разница в возрасте у них и была-то всего год! Дети тогда были гораздо самостоятельнее, вся вселенная принадлежала им. За порогом дома начинался узенький дворик пожарной части, но за его забором открывалась огромная Первомайская площадь, в ту пору ещё использовавшаяся как торговое место. А уж если девчонки и мальчишки взбирались по винтовой лестнице на каланчу, весь мир и вовсе оказывался у них под ногами: мельница - "крупянка" и тучи голубей над ней, сложные переплетения старых улиц, бесчисленные овраги и тысячи крыш - красных, серых и зелёных. Телефон, пришедший на смену дежурному на вышке, отменил морально устаревшие шары да фонари*, и малышню никто не гонял. Особенно хорош город внизу был в апреле, когда улицы уже сбрасывали с себя грязный снег, а деревья ещё только просыпались. Главным зрелищем, понятно, был ледоход - треск, грохот, даже стоны, несущиеся с Белой, привлекали сюда наверх и взрослых.
Каланча и само здание из красного кирпича строились в самом начале ХХ века, хотя известно, что уже в 1831 году где-то здесь функционировала пожарная часть. Денег тогда на неё отпускали мало, приходилось устанавливать дежурства горожан (вместе с лошадьми). Не хватало и техники. Любопытно, что прямое отношение к борьбе с огнём имел и автор первого регулярного плана Уфы 1819 года Вильям (Василий) Гесте: в 1810 году он построил пятиколенную поворотную лестницу высотой 17 метров на конном ходу.
Лошади использовалась едва ли не до 1940-х годов, несмотря на то, что автомобили для пожарных появились ещё лет за тридцать до этого. В 1926-м краснобокие красавцы стали работать и в Уфе. С началом автомобильной эры Николай Сокуров, уже несколько лет возивший начальство, стал вовсе незаменимым человеком. Он и без этого имел немалый вес: по тогдашнему положению квартиры в здании пожарного депо предоставлялись лишь семьям начальствующего состава. Но стены и крыша - это ещё не всё, ведь поначалу у молодой семьи Сокуровых был лишь буфет да кровать. Всю остальную мебель Николай с помощью отца делал сам.
Русская печь, самовар да керосиновая лампа - вот и весь уют. Лишь вода была рядом - пожарка всё-таки. Впрочем, цивилизация вскоре укрепила свои позиции в доме шофёра: в конце 20-х провели электричество. Как самую заветную сказку рассказывает Евгения Николаевна о том, как её бабушка при свете сиротливо свисающей с потолка лампочки читала вслух книги. Иногда декламировала стихи, которых знала множество. Маленькая Женя легко их запоминала, а потом поражала далеко не детскими интонациями воспитателей детского сада. Сегодня принято присваивать многочисленным детским учреждениям просто номера, а вот лет восемьдесят назад, когда таковые можно было перечесть по пальцам, почти все они носили звонкие имена. Женя посещала детский сад имени Розы Люксембург, здание которого размещалось в вишнёвом саду на углу улиц Цюрупы и Пушкина. Великолепный особняк, построенный уфимским вице-губернатором Генрихом Дицем, видел немало поколений дошколят - до самого последнего года ХХ века принимал он малышей.
Если в садике Женя вела себя почти как дома, то попав однажды с сестрой Лизой в другой дом на той же улице Цюрупы, она сразу оробела - вечно живущее в ней желание смеяться и кричать куда-то исчезло. Дело в том, что в начале лета 1932 года сестёр Сокуровых стали учить танцам. И не какому-то там "Яблочку" или польке-бабочке: мать отвела их в последний, возможно, приют аристократизма в Уфе - к графине Е.А. Толстой. В окружении картин и портретов роскошно одетых дам и мужчин в мундирах с орденами девочки почувствовали себя словно в сказочном замке. И хотя к тому времени бывшая владелица большого дома уже занимала лишь малую его часть, шикарные гардины по-прежнему украшали окна, а причудливая люстра с бронзовыми цветами напоминала гостям о величии того места, где они находятся. Большие шкафы во всю стену, столики с инкрустацией, рояль и даже сама хозяйка казались Жене и Лизе немножко неземными. Вот и прозвали они Толстую "заколдованной графиней". Войдя в дом, девочки беззвучно кланялись - сначала графине, потом даме-аккомпаниатору. Клали на шкафчик по рублю, снимали сандалии и становились к столу как к балетному станку. Взоры их были обращены только к Толстой, которая таинственным образом не позволяла отвести от себя глаз. Весь урок графиня сидела в глубоком кресле, по коричневому фону обивки которого были вытканы голубоватые цветы. "Говорила Толстая негромко, смотрела как бы сквозь нас с какой-то странной, не понятной нам печалью, и вряд ли помнила наши имена", - рассказывает Евгения Николаевна.
Судеб скрещенья
Посещение ещё одного дома, стоящего на той же Первомайской площади, запомнилось Евгении Николаевне. Его хозяева - дворяне Атаманские - казались девочке не менее загадочными, чем "заколдованная графиня". Тем более что в присутствии гостьи старая барыня демонстративно говорила только на французском. Хорошо владела этим языком и её внучка Эмма. Она была Жениной подругой и частенько приглашала её к себе домой. Девочки читали, рисовали, играли в тени старого тополя в очаровательном садике за домом. Женю и Лизу приглашали к Атаманским на ёлку, а иногда там устраивались настоящие поэтические вечера. Правда, их участницами и зрителями были всё те же девочки.
А в 1935-м первоклашки Женя и Эмма оказались за одной партой. В школу они попали непростую: когда-то в этом здании размещалась частная гимназия
Н. Верниковской и А. Ницы. В советское время его заняла 2-я советская школа - так после революции стала именоваться бывшая мужская гимназия. Позже она получила №11. И почти с самого момента создания советской школы её директором была Л.А. Галанова (1876 - 1956). Немолодая дама невысокого роста, обычно в строгом тёмном костюме, она запомнилась тем, что никогда не делала ученикам замечаний. Создавалось впечатление, что директриса вовсе не обращает на своих учеников ни малейшего внимания. Но как же парадоксально тихо становилось в школьном коридоре, когда там появлялась Лидия Андреевна!
Мало кто из педагогов той поры сделал для детей больше, чем она. Когда в первые послереволюционные годы здание мужской гимназии стояло открытое всем ветрам, и даже полы её пошли на дрова, именно Галанова добивалась того, чтобы туда вернулись школьники. Для этого ей понадобилось обратиться ни много ни мало к самому М.И. Калинину. В те же годы, по свидетельству уже упомянутой
Е.А. Толстой, Галанова по всей Уфе собирала музыкальные инструменты, чтобы появилась возможность открыть для детей музыкальную школу. За свои заслуги Лидия Андреевна была награждена орденом Ленина и Трудового Красного Знамени, 11-я школа одно время даже носила её имя. И уже в последние годы как-то так получилось, что улица большевика В.Д. Галанова стала улицей его жены - Л.А. Галановой.
Известно, что Галанова училась в Москве и была сослана в Уфимскую губернию после студенческих волнений в 1905 году. Преподавала в женской гимназии в Мензелинске, позже - в той самой частной гимназии Верниковской и Ницы, о которой говорилось выше. Ранее неизвестный эпизод из биографии Галановой обнаружила Е.Н. Сокурова. Читая статью в одном из журналов о нашумевшем в своё время деле меньшевиков и эсеров, отбывавших в Уфе ссылку и вновь арестованных в ноябре 1937 года, она вдруг с изумлением поняла, что один из её одноклассников - тихий Лёва Цедербаум - приходился племянником известному оппоненту Ленина меньшевику Мартову. Легендарная Мария Спиридонова, объявленная советской властью руководителем заговорщиков, с сарказмом заявляла на следствии, что если левая эсерка Доброхотова замужем за меньшевиком Цедербаумом, то "кроватную блокировку нельзя считать политической, а результатом имеется только хороший мальчик Лёва". Через 60 лет Евгения Николаевна смогла отыскать своего одноклассника и узнала от него, что после гибели в тюрьме родителей мальчика тайно опекала Галанова. Остаётся только добавить, что в том же ноябре
37-го под угрозой ареста В.Д. Галанов покончил жизнь самоубийством.
При официальном признании заслуг Галановой очень показателен случай, о котором рассказала одна из участниц юбилейного заседания середины 1950-х: под аплодисменты собравшихся сидевшую в президиуме Лидию Андреевну вывели (к тому времени Галанова почти ослепла) для выступления. Она сказала буквально несколько слов. Потом был объявлен перерыв, и о заслуженном учителе попросту забыли. Тыкаясь то в одну сторону, то в другую, беспомощная сгорбленная старушка с палочкой пыталась позвать кого-нибудь на помощь, но слабый голос её тонул в многоголосом шуме.
В 1939-м Жениного отца перевели в пожарную часть возле детского парка имени Якутова, и девочку устроили в другую школу. Новые друзья, новые увлечения. Одно из них определило всю последующую жизнь Евгении Николаевны. В здании бывшего коммерческого училища (ныне в нём авиационный техникум) наряду с многочисленными большими и малыми организациями и учреждениями работал Уфимский дом пионеров. Женя посещала  драмкружок, которым руководил Максим Андреевич Поскряков. Однажды на игру самодеятельной актрисы обратил внимание режиссёр драмтеатра, и вскоре Сокурова оказалась на профессиональной сцене (в те годы Русский драмтеатр находился на улице Гоголя). В 45-м поступила в
ГИТИС. С тех пор она не живёт в родном городе, но он продолжает жить в её сердце. И всегда она видит его таким, каким он был во времена её детства. Приехав как-то в Уфу после многолетнего перерыва, она пришла на свою Первомайскую площадь и не заметила появившихся на ней пятиэтажек, потому что смотрела только на дом под каланчой. Вот и в этот раз она видела лишь свои окна - пусть без рам, даже без каких-либо признаков жизни. И вновь из давних времён до неё доносились тревожные удары пожарного колокола, стучали копыта по булыжной мостовой, нетерпеливо ржали лошади. И вновь спешили к кому-то на помощь отважные люди в блестящих касках.
Ведущая рубрики Рашида Краснова
Снимки из семейного альбома, фондов Национального музея РБ, архива А. Чечухи

Анатолий Черкалихин








НАШ ПОДПИСЧИК - ВСЯ СТРАНА

Сообщите об этом своим иногородним друзьям и знакомым.

Подробнее...






ИНФОРМЕРЫ



Ufaved.info

Онлайн подписка


Хоккейный клуб Салават Юлаев

сайт администрации г. Уфы



Телекомпания "Вся Уфа"

Газета Казанские ведомости



Яндекс.Метрика


Все права на сайт принадлежат:
МБУ Уфа-Ведомости


Facebook





Золотой гонг