ГЛАВНАЯ
О ЖУРНАЛЕ
АРХИВ НОМЕРОВ
РЕКЛАМА В ЖУРНАЛЕ
КОНТАКТНАЯ ИНФОРМАЦИЯ
ГОСТЕВАЯ КНИГА

СОБЫТИЕ МЕСЯЦА

В честь Дня Конституции
24 декабря республика отметила 15-ю годовщину со дня принятия своей Конституции.В этот день в Госсобрании прошла республиканская научно-практическая к...

Антикризисная программа от Премьера
Парламентарии Башкортостана одобрили антикризисную программу Правительства республики, с которой на последнем в 2008 году заседании Госсобрания – Куру...

Аппетитный проект
В последние дни декабря в поселке Максимовка под Уфой прошла презентация уникального свинокомплекса. На ней побывали Президент Республики Башкортостан...

«Ротоман-55»: скорость на пять!
В ГУП издательство «Башкортостан» состоялась презентация рулонной офсетной печатной машины немецкой фирмы «Manroland», предназначенной для цветной печ...

Первые в России
В Уфе побывал генеральный директор Фонда содействия реформированию ЖКХ Константин Цицин.
Глава Фонда посетил один из домов в Орджоникидзевском рай...


Новый лидер
Исполком Международного союза общественных объединений «Всемирный курултай (конгресс) башкир» избрал своим новым председателем Батырхана Мурзабаева.

Вьюговей-2009
Несмотря на то, что первая половина декабря выдалась влажной и теплой, в городской администрации решили: «Вьюговею-2009» - быть!» И на предполагаемых ...

Вот билет - на балет
В декабре в Башкирском государственном театре оперы и балета состоялись торжественное собрание и Гала-концерт с участием ведущих артистов, посвященные...

От «Морозов» станет всем теплей
Традиционно в январе уже в пятнадцатый раз состоится открытый фестиваль-конкурс «Крещенские морозы».
Как сообщил член оргкомитета, начальник отдел...


Квартет «юлаевцев» получил от Медведева по «Мерседесу»
Впечатляющим финалом года стало вручение наград от Президента России Дмитрия Медведева победителям Чемпионата мира по хоккею с шайбой 2008 года в Кана...

За мясом - по первому морозу!
Во всех районах Уфы прошли мясные ярмарки. Несмотря на первый крепкий мороз, наиболее предприимчивые сельчане с утра пораньше заняли выгодные «позиции...




     №1 (86)
     январь 2009 г.




РУБРИКАТОР ПО АРХИВУ:

НЕКОПЕЕЧНОЕ ДЕЛО

ДНЕВНИК ГЛАВЫ

СОБЫТИЕ МЕСЯЦА

СТОЛИЧНЫЙ ПОЧЕРК

РЕПОРТАЖ В НОМЕР

ДЕЛОВОЙ РАЗГОВОР

КУЛЬТПОХОД

ARTEFAKTUS

ЧЕРНЫЙ ЯЩИК

РОДОСЛОВНАЯ УФЫ

СВЕЖО ПРЕДАНИЕ

ЭТНОПОИСК

ГОРОДСКОЕ ХОЗЯЙСТВО

ПО РОДНОЙ СЛОБОДЕ

ДЕЛОВОЙ РАЗГОВОР

ЗА И ПРОТИВ

ГОРОДСКИЕ ТЕХНОЛОГИИ








РУБРИКА "РОДОСЛОВНАЯ УФЫ"

Минувшее проходит предо мною…


Индолевы
Не будучи «расписанной» с моим отцом по советским правилам, мама решила оставить за собой девичью фамилию и передала её мне. Как к этому отнесся мой отец, Николай Алексеевич Клоков, теперь уже спросить некого, но со мной разговоров на эту тему никогда не велось, и за это я родителям благодарен.
Как объясняла мама, фамилия эта происходит от семинаристской клички, которую получил мой прапрадед, учась, кажется, в Киевской бурсе. По латыни, а отсюда и по-английски, слово индоленс с ударением на первый слог означает: леность, вялость, праздность, а индолент - нерадивый, лентяй. Удивительное дело, но эти черты характера, которые проявляются в склонности к задумчивой созерцательности, да и что греха таить, в самой тривиальной лени, прослеживаются в нашем роду вплоть до моего старшего внука. Надо же, 200 лет тому назад кому-то пришло в голову так метко и, главное, дальновидно приклеить семинаристу прозвище, ставшее родовой фамилией! А вообще-то, наши ещё более далёкие предки носили фамилию Александровские.
По словам мамы, когда-то два брата прибыли с Украины, и у одного из них - Александра - родился Павел, мой прадед. Павел Александрович Индолев женился на девице Ольге Андреевне. От этого брака родились четыре дочери и самый младший - мой дед Николай (около 1870 г.р.). Все дети Павла и Ольги Индолевых родились в тогдашней Тамбовской губернии под Лебедянью. Это красивое имя города, как и музыкальное слово «Уфа», я тоже знал с детства. То была далёкая загадочная родина моих почти мифологических предков.
Двое из дочерей о. Павла вышли замуж за священников. Но из детей Павла Индолева только двое дали продолжительное потомство - Александра (по мужу Смирнова) и мой дед по матери Николай. Молодым священником он был направлен в Уфимскую епархию и священствовал в Богоявленской церкви села Максимовка, в 50 км западнее Стерлитамака.
В Уфе Николай Павлович Индолев до революции служил ключарём (второе лицо после настоятеля) кафедрального собора Воскресения Христова. Этот величественный храм в классическом стиле был возведен в 1833 году, но не простоял и одного века - его разрушили в 1932-ом. Много позже на этом месте построили Башкирский театр драмы.
Как-то двоюродная сестра Ирина вспомнила, что в 1937 году в Лебедяни они с дедом Николаем ходили пешком из города в село Ракитино. Там у большой церкви они вошли через полуразрушенную ограду и остановились у могильных плит. Дед был с наперсным крестом. Горожане и односельчане встречали его с почтением и целовали руку. Дед, указав внучке на плиты, сказал, что здесь похоронена её прабабушка и прадед.
Как только я проводил сестру, тут же позвонил приятелю: «Едем завтра в Лебедянь?!» Наутро следующего дня, четвертого августа 2003 года, мы выехали.
На окраине села Старое Ракитино стояла большая кирпичная церковь с колоннами и классическими портиками. Вокруг буйствовали заросли сорных трав, чернели брошенные скотные дворы и остовы каких-то сушилок. Разруха и запустение. Подвыпившие парни сказали, что раньше, по слухам, около церкви было кладбище, а сейчас местный поп поставил кому-то крест. Мы подъехали ближе, и, действительно, у алтарной апсиды из травы выступал голубой крест, сваренный из металлической арматуры. Я знал, что у алтаря хоронили священников, и почему-то вообразил, что это могила моего деда. Чтобы подтвердить мою догадку, мы все-таки разыскали отца Николая Еремеева. Стоило мне назвать свою фамилию, как  Николай разволновался до слёз.
Я испытал странное чувство приобщения к какому-то неведомому мне миру. Чужой город, чужое село, чужие люди становились близкими. Мои истоки или гены были связаны не только с Самарой и Волгой, откуда я родом, не только с Уфой и рекой Белой, но и с этими холмами и оврагами по берегам Дона, где жили предки. Теперь-то мне стало доподлинно известно, что здесь, в церкви в честь иконы Казанской Божьей Матери, служил мой прадед Павел Александрович Индолев. Служил в течение долгих 47-ми лет и до сих пор остался в памяти потомков православных односельчан.
Похоронили о. Павла в 1906 году. Очевидцы вспоминали, что на похороны приезжал из Уфы младший сын покойного, мой дед Николай. Он стоял над могилой, плакал и причитал: «Ох, мой родитель!» Всем прихожанам на поминках предлагали ситный хлеб, нарезанный крупными ломтями.
Вскоре после закрытия Казанской церкви в 1936 году были осквернены могилы. В село тогда приехала специальная бригада. Колокола и чугунное надгробье разбили гирей, обломки погрузили на подводы, отвезли в Лебедянь и отправили на переплавку. Из икон соорудили помост в городском доме культуры и частично топили ими школы в окрестных деревнях.
Круг общения баса Михайлова
Моя бабушка Екатерина Ивановна, в девичестве Петрова, также происходила из православной духовной семьи, но, в отличие от деда, была родом из Башкирии. Всего у дедушки с бабушкой родились 12 детей.
Настоятелем Воскресенского собора в Уфе был Евграф Васильевич Еварестов. Эта красивая фамилия была у меня с детства на слуху. Его многочисленные дети - Александра, Анна, Варвара, Николай, Александр - были дружны с детьми моего деда. Да и дома их стояли по соседству - недалеко от собора [на нынешней ул. К. Маркса. - прим. ред.]. Так, подружкой Анны Индолевой была Варя Еварестова, а самым близким другом Александра Индолева - Николай Еварестов. Николай обладал сильным тенором и после переезда в Москву пел солистом в Большом театре. Кстати, Еварестовых и Индолевых перед революцией посещал молодой уфимский дьякон Максим Дормидонтович Михайлов, позже знаменитый бас, лучший Сусанин и Кончак в Большом театре 30-х - 50-х годов, ставший народным артистом СССР, лауреатом нескольких Сталинских премий. В нашей семье бытовала легенда: когда он пел под аккомпанемент юной Нюры Индолевой, в зале дрожали оконные стёкла. Когда мама и тётя бывали в Москве, у них возникал соблазн связаться со знаменитостью, но робость всё-таки брала верх. Было в этом ещё и сомнение: будет ли ему приятно напоминание о церковном прошлом, хотя, с другой стороны, ходили разговоры, что   М.Д. Михайлов как и Иван Семёнович Козловский иногда поют в московских храмах.
Старший сын отца Николая Борис в Гражданскую войну воевал в армии адмирала Колчака. Александр и вслед за ним Сергей после окончания Уфимской гимназии учились в Петербургской военно-медицинской академии, обоих тоже забрали в Белую армию медбратьями. Сергей был особенно твёрдым монархистом и сторонником белого движения. Борис пропал без вести, а Сергей умер в лазарете от сыпняка, Александр где-то в Сибири сдался красным. В семье его тоже считали погибшим и, когда получили от него весточку, страшно обрадовались.
Другие сыновья до армии ещё не доросли. Серафиму, названному в честь обретения мощей преподобного Серафима Саровского, в 1918 году было 9 лет, а самому маленькому и самому любимому Владимиру - и вовсе шесть. В Уфе оставались также три сестры: старшая Анна, средняя Алевтина и младшая Юлия. Когда красные в декабре 18-го подошли к Уфе, дед, решив, что их вылазка надолго не затянется, отвез семью переждать опасные события куда-то неподалёку. В марте 19-го колчаковцы заняли город, и все вернулись домой. Но вскоре дело приняло совсем серьезный оборот. Уфимский епископ Андрей (Ухтомский)  упорно уговаривал всё местное духовенство покинуть город. В июне 1919-го Красная армия окончательно заняла Уфу, и дед с семьёй решил уходить как можно дальше, на Дальний Восток. Отец Евграф остался с прихожанами и был тогда же расстрелян. В 1999-м, когда отмечалось 200-летие Уфимской епархии, он был канонизирован как местный мученик, а затем причислен к российским мученикам. Его лик есть в иконе Новомучеников, в земле Российской воссиявших, в Храме Христа Спасителя в Москве.
Вся семья Индолевых (отец, мать и пятеро детей от 6 до 19 лет), кроме трёх воевавших старших сыновей, к 1920 году добралась до Владивостока. Дед снял несколько комнат в двухэтажном доме на окраине города, где семья прожила долгие десять лет.
С пребыванием во Владивостоке связан один эпизод в карьере деда. В 1920-1922 гг. Приморье входило в состав ДВР (Дальневосточной республики, марионеточного буферного государства между Россией и Японией, под протекторатом Америки). Дед устроился служить в одну из церквей и как-то неосмотрительно прочёл заупокойный список «невинно убиенных рабов Божьих Николая, Александры, Ольги, Татианы, Марии, Анастасии и Алексия», в котором узнали имена царской семьи. На деда донесли. Республиканским властям не понравилось это проявление монархизма, и ему пришлось бросить службу, кажется, навсегда. Удивительное дело, но спустя 80 лет моему 13-летнему внуку Володе пришлось сыграть роль цесаревича Алексея в фильме Глеба Панфилова «Романовы - венценосная семья».
Дед вернулся в Лебедянь - из местной газеты известно, что в 1931 году «священник Николай Павлович Индолев участвовал в торжественном богослужении и празднике в честь  
100-летнего юбилея Никольского храма в г. Лебедяни». Стало быть, вернувшись на родину, он не скрывал (да и при всем желании не мог) своего происхождения.
Старшая из маминых сестёр Анна Николаевна родилась 7 октября  
1900 г. по старому стилю и через 4 дня была крещена в Богоявленской церкви села Максимовка Стерлитамакского уезда. Восприемниками (крёстными) при обряде были её старшие брат и сестра, малолетние дети Борис и Ольга. «Таинство крещенiя совершалъ священникъ Николай Индолевъ съ причтомъ». В мае 1918 г. она успела окончить 1-ю Уфимскую женскую гимназию (бывшую Мариинскую).
Вообще-то, звали её Нюрой, как принято на Урале и в Сибири. Но когда до войны она приехала к нам в город Вольск, я не мог ещё выговаривать букву «р» и называл её «тётя Нюка». Тот ранний приезд я не запомнил, так как мне было всего два года, но это имя приклеилось к ней навечно, и не только племянницы, но и внучатые племянники, и уже их дети, да и её с мамой общие друзья, - все называли только так: «Тётя Нюка». Во Владивостоке она работала машинисткой в Приморском губфинотделе и на таможне. В ноябре 1924-го Анна Индолева вышла замуж за Владимира Степановича Хворова и уехала с ним на его родину в город, уже ставший Ленинградом. Тётя Нюка продолжала работать машинисткой в издательствах до августа 1938 г., когда сначала забрали по очереди обоих братьев, а её саму «административно выслали» в узбекский Наманган.
Возможно, ссылка спасла тёте Нюке жизнь, уберегши от блокады. В Намангане она вновь работала секретарем-машинисткой, счетоводом и бухгалтером в Госбанке и была на очень хорошем счету. Когда уже шла война и связь по почте была трудной, она обратилась к знаменитой местной ясновидящей, татарке, и та, взглянув на фотографию мужа тёти, вернула её и сказала: «Я его не вижу». Это означало, что его нет в живых.
Только в 1959 г. тёте Нюке «высылку по вновь открывшимся обстоятельствам отменили как необоснованно применённую», и её реабилитировали. Тогда же она получила справку о посмертной реабилитации «за отсутствием состава преступления» мужа и свидетельство о его смерти, где стояла дата - декабрь 1942 г., причина смерти - инфаркт миокарда. Ясно, что все эти данные брались «с потолка» и заменяли собой тривиальный расстрел.
Своего старшего брата Александра Николаевича мама и тётя называли Шуркой. (Шурой они называли его первую и для него навсегда остававшуюся единственной жену.) После Гражданской войны Александр продолжил учёбу, начатую в Петербургской военно-медицинской академии, и окончил медицинский факультет Томского университета. Там он познакомился со своей тёзкой, которая вернулась из Харбина. Новая семья обосновалась в Забайкалье.
В 1958 году, когда я заканчивал геологический факультет МГУ, дядя Шура как-то оказался в Москве. Он попросил отправиться с ним на розыски старинного уфимского друга «Кольки» - Николая Евграфовича Еварестова. Мы без труда нашли его квартиру в Сокольниках, отметили встречу друзей спустя 40 лет, и на улице я сфотографировал стариков.
Мама
Осталось рассказать о маме, Алевтине Николаевне Индолевой, которая была пятым ребенком в семье - между старшей Нюрой и младшей Юлей. Она родилась 29 июля 1903 года в Уфе. Гимназию в Уфе до революции окончить не успела, но после бегства семьи всё же получила образование в   1-й женской Владивостокской гимназии. Вместе с подругами Зоей и Муськой она грезила морем и странствиями. Каждой из девушек было не в тягость переплыть бухту Золотой Рог. Любимым их писателем был Джек Лондон, романы которого мама пересказывала мне потом долгими и тёмными военными вечерами. На обороте общей фотографии 19-летних девушек в матросской форме маминой рукой написано с выдумкой: «Команда «Корсара» во время стоянки его на рейде Владивостока. Осень 1922 г.».
Зоя Сергеевна Дубасова окончила факультет китайского языка, естественно, знала английский и работала переводчицей в дальневосточной армии Василия Блюхера. После ареста и расстрела Блюхера Зою Сергеевну дважды сажали - до и после войны. Второй раз она сидела в «Тайшетлаге», там же отбывала послелагерную ссылку. Зоя Сергеевна рассказывала маме и мне о своих долгих злоключениях, чем впервые сильно поколебала во мне уверенность в справедливости советского строя.
Спустя годы, уже в Москве, Зоя Сергеевна, будучи ярой антисоветчицей, снабжала меня книгами «самиздата», в том числе романами Солженицына. На каждый Новый год, когда мама и тётя приезжали к нам из Симферополя, она встречалась с ними в нашем доме. При этом все трое нещадно курили и вели споры о политике. «Нюра, ты явно недосидела», - говорила Зоя Сергеевна в ответ на попытки тёти Нюки как-то оправдать завоевания социализма.
После окончания гимназии мама была уверена, что с её поповским происхождением дорога к образованию закрыта. Учиться дальше она решилась, переборов страх, только спустя шесть лет - в 1926 году. Боялась своего прошлого почти всю жизнь. Даже в 1953 году, после смерти Сталина, в служебной анкете специально искажала некоторые даты. Писала, например, что поступила во Владивостокскую гимназию не сразу после революции, а еще в 1911 г. В графе о социальном положении родителей тоже лгала: «мещане, отец - служащий, умер в 1913 г.»
Что и говорить, от меня в детстве также скрывалось, кем был дед. Иногда мама открывала альбом с семейными фотографиями и рассказывала о своих сёстрах и братьях. А во втором классе балашовской школы учительница как-то попросила узнать у родителей, как их имена и отчества, кто они и где работают. Я знал всё, кроме одного: кто мои родители - рабочие или служащие. Что они не колхозники, было ясно. Они оба работали энтомологами на малярийной станции, но мне почему-то было стыдно произносить непонятное для других слово - начнутся всякие расспросы и смешки - и к тому же казалось, что это не очень почётно. Лучше было бы, если бы они работали простыми врачами или почтальонами.
Мама сказала, что она и папа относятся к служащим, и наказала, что, если учительница начнет расспрашивать ещё и про дедушку с бабушкой, то надо ответить так: «Они умерли, но бабушка была домохозяйкой, а дедушка до революции работал мелким чиновником».
- Запомни: чи-нов-ни-ком. Не забудь и не перепутай!
- Ну что? - спросила вечером мама.
 В её голосе я почувствовал тревогу и пошутил:
- Ответил, как ты учила: бабушка - домработница, а дедушка - помещик.
- Как помещик! Какой помещик?! Ты что, спятил? - сорвалась мама.
Я понял, что моя шутка оказалась злой и неудачной, и отыграл назад:
- Ну, может, не помещик, а чиновник. Нет, точно - чиновник, чиновник!

Деды, прадеды, прапрабабки - что они нам, живущим сейчас? Что нам до них? Они жили совсем другой жизнью: ездили на дровнях и в возках, не слушали радио, не смотрели сериалы, рожали детей без счета и без опаски. И что мы сами для своих внуков и правнуков? Ведь я, трудно поверить, хотя пишу эти строки на компьютере, тоже успел поездить на извозчиках, слушал граммофон, патефон и даже шарманку. Хоть и недолго, но я был современником, например, Куприна, Горького и Рахманинова. Можно сказать, что при незнании своих предков в нас умирает какая-то часть души, а связь времён прерывается. Хотим ли мы этого?

Автор благодарен Б.А. Агафонову, Н.А. Еремееву, Н.П. Зиминой,       
А.Л. Индолевой, И.А. Карнауховой.

Лев Индолев



Комментариев: 0

Вас зовут*:
E-mail:
Введите код:
Ваше мнение*:
 





НАШ ПОДПИСЧИК - ВСЯ СТРАНА

Сообщите об этом своим иногородним друзьям и знакомым.

Подробнее...






ИНФОРМЕРЫ



Ufaved.info

Онлайн подписка


Хоккейный клуб Салават Юлаев

сайт администрации г. Уфы



Телекомпания "Вся Уфа"

Газета Казанские ведомости



Яндекс.Метрика


Все права на сайт принадлежат:
МБУ Уфа-Ведомости


Facebook