ГЛАВНАЯ
О ЖУРНАЛЕ
АРХИВ НОМЕРОВ
РЕКЛАМА В ЖУРНАЛЕ
КОНТАКТНАЯ ИНФОРМАЦИЯ
ГОСТЕВАЯ КНИГА

СОБЫТИЕ МЕСЯЦА

Засуха и цены
Ажиотаж потребителей, вызванный жестокой засухой и гибелью посевов сельскохозяйственных культур, спровоцировал рост цен на крупяные, хлебобулочные изд...

Шире шаг
В Уфе активно идут работы по капитальному ремонту, расширению столичных дорог и озеленению улиц.
Уже сейчас автомобилисты могут передвигаться по м...


Догнали. Но экономим...
В мэрии подвели итоги исполнения бюджета за первое полугодие. По уровню доходов столица догнала показатели 2008 года, а по сравнению с прошлым годом с...

Город - наш дом, и мы - хозяева в нем
Под таким девизом с 1 августа объявлен конкурс на лучший балкон (лоджию) и лучшую цветочную дворовую клумбу, палисадник.
Его организатором является...


Башкирский «Селигер»
С 3 по 9 августа 2010 года в летнем оздоровительном комплексе «Березка» под эгидой Башкортостанского регионального отделения Всероссийской общественно...

Приоритет - малоэтажкам
Около 227,4 тысячи квадратных метров жилья было построено и введено в эксплуатацию в Уфе за первые шесть месяцев текущего года.
По словам начальни...


На пике Победы
В рамках проекта «Победа-65» группа уфимских альпинистов отправилась в очередную экспедицию с целью совершить восхождение на самый северный семитысячн...

Нептун, спаси от жары!
24 июля в парке культуры и отдыха «Кашкадан» состоялся любимый горожанами  праздник на воде - День Нептуна. Сотни горожан ежедневно приходят сюда...

«В Контакте»
В Уфе есть молодые люди, которые личным примером показывают, что город можно сделать чище и красивее.
Очередную акцию активисты движения с необычн...


У Куницы - новоселье
На Верхнеторговой площади Уфы появилась еще одна городская достопримечательность: домик Куницы.
Символ и талисман башкирской столицы справил новос...


Наши в Челнах
В Набережных Челнах распахнул свои двери аналогичный уфимскому офтальмологический центр «РИА-Медоптик».
В новом здании установлена современная зару...


Бонжур, «Мирас»!
Фольклорный ансамбль танца «Мирас» в середине июля отправился во Францию. В рамках Года дружбы России и Франции башкирский ансамбль принимает участие ...

Яблоки с медом
С 14 августа, в Медовый Спас, обычно пчеловоды начинали качать первый мед и должны, по обычаю, угощать им всех желающих, чтобы получить богатый урожай...

11 августа - начало поста
Рамадан - благословенный месяц поста. Он является самым важным и почетным для мусульман. Он отмечен Всевышним особым высоким предназначением - месяц н...

Ретрокалейдоскоп
100. В августе 1910 г.
С.М. Прокудин-Горский сделал первые цветные снимки Уфы и Уфимской губернии.
90. 12 августа 1920 г. Стерлитамак включён ...





     №8 (105)
     август 2010 г.




РУБРИКАТОР ПО АРХИВУ:

НЕКОПЕЕЧНОЕ ДЕЛО

ДНЕВНИК ГЛАВЫ

СОБЫТИЕ МЕСЯЦА

СТОЛИЧНЫЙ ПОЧЕРК

РЕПОРТАЖ В НОМЕР

ДЕЛОВОЙ РАЗГОВОР

КУЛЬТПОХОД

ARTEFAKTUS

ЧЕРНЫЙ ЯЩИК

РОДОСЛОВНАЯ УФЫ

СВЕЖО ПРЕДАНИЕ

ЭТНОПОИСК

ГОРОДСКОЕ ХОЗЯЙСТВО

ПО РОДНОЙ СЛОБОДЕ

ДЕЛОВОЙ РАЗГОВОР

ЗА И ПРОТИВ

ГОРОДСКИЕ ТЕХНОЛОГИИ








РУБРИКА "РОДОСЛОВНАЯ УФЫ"

Люди и фотографии


Сыновья Якова
В истории России немцы всегда играли заметную роль. Знаменитая немецкая слобода в Москве существовала уже во времена царствования Ивана Грозного, хотя мы её знаем по эпохе Петра Первого - ещё со школы мы помним страницы романа Алексея Толстого. Именно начиная с Петра I, немецкие гены стали постоянно вливаться в российскую царскую кровь. Некоторые будущие императрицы родились в Германии, сама Екатерина Великая, единолично правившая Россией и много для неё сделавшая, до 23 лет не знала ни единого русского слова. Многие представители военного сословия, самоотверженно защищавшие страну, имели немецкие фамилии. Приставку «фон» в имени хранила едва ли не треть военных губернаторов и начальников губерний. Так, оренбургскими губернаторами в начале позапрошлого века были Карл фон Глазенапп и Иоганн Фризель. Выходцы из Германии достигали высокого положения и в области управления самыми разными отраслями, немецкая фамилия горного начальника на Урале скорее правило, чем исключение: Агте, Вайденбаум, Клейнер, Лизель… Да и в других сферах, там, где требовались точность, аккуратность, а порой и просто усидчивость, марку держали российские немцы. В середине XIX века в Уфе людей лечил Г. Шольц, в Бирске - П. Мебер, в Стерлитамаке - В. Кнорр. А в числе фотографов Уфы и губернии также выделялись немецкие фамилии: Бухгольц, фон Берхгольц, Герман, Дик.
Одна из сфер деятельности российских немцев, может, и не являлась такой заметной, но не становилась от этого менее важной, во всяком случае необходимой была точно. Вспомним «наше всё» -
А.С. Пушкина:

Проснулся утра шум приятный,
Открыты ставни; трубный дым
Столбом восходит голубым.
И хлебник, немец аккуратный,
В бумажном колпаке не раз
Уж отворял свой васисдас.

Васисдасом, как знают прилежные школьники, называлась форточка для отпуска хлеба в окне или двери булочной. Но что такое? (Was ist das?): почему в городах немцы в такой важнейшей для русского человека части жизни, как выпечка хлеба, лидировали практически безоговорочно? Сказывалась укрепившаяся и разросшаяся с годами традиция продолжать семейное дело? А может, дело всё в том, что русский народ предпочитал хлеб чёрный, а специалистов по востребованным горожанами булочкам, кренделям да пирожным было мало.
…По семейному преданию, Эрнст и Отто Вайднеры переехали в Россию по причине неурожайного года. Семья у их отца - сельского портного с вполне библейским именем Яков - была большая - шесть детей. Почему Эрнст попал именно в Уфу, определённо сказать нельзя, но уже в начале 1880-х годов он держал на Базилевской улице (позже она стала именоваться Центральной, сейчас - Ленина) булочную. Отто, которому в ту пору не исполнилось и семнадцати, поступил учеником в одну из немецких кондитерских Санкт-Петербурга. Вскоре способный мальчишка навострился ловко разговаривать, читать и писать на русском. Заодно изучил и французский. Точнее говоря, жизнь заставила выучить: клиенты-то народ непростой, всё больше высшее сословие и интеллигенция. Да и сам товар настраивал на французский лад - шоколад, кофе или чай с пирожными.
Вообще подобные заведения в те далёкие годы гораздо в большей степени, чем сейчас, способствовали праздничному настроению. И не только из-за вкусовых ощущений: привилегией немецких кондитеров была и торговля рождественскими ёлками. Связано это в первую очередь было с тем, что сама традиция новогоднего дерева больше трёх веков назад начиналась в Германии: «Большая ёлка посреди комнаты была увешана золотыми и серебряными яблоками, а на всех ветках, словно цветы или бутоны, росли обсахаренные орехи, пёстрые конфеты и вообще всякие сласти…», - писал в сказке о Щелкунчике Э.Т.А. Гофман (1816 год). Были времена, когда ёлку, как ни странно, подвешивали к потолку, к тому же верхушкой вниз. Позже она стала изображать рождественскую пирамиду - с дарами на ветвях, заменяющих полки. В 1700 году Пётр I ввёл традицию украшать дома еловыми ветвями, в 1830-е годы ёлки начинают устраивать в городских семьях России - и первыми, разумеется, были выходцы из Германии.
Но вернёмся к нашим братьям. Через семь лет работы «подмастерьем» Отто приехал в Уфу и стал работать у брата в доме Кузнецова на Базилевской (нумерацию земельных участков в нашем городе тогда ещё не ввели). А ещё через семь лет он начал жизнь полностью самостоятельную: Эрнст передал младшему брату свою булочную, открыв на Бекетовской улице новое заведение. В том же 1890-м Отто женился на Луизе Карловне Гаазе.

Выбор Карла Гаазе
Любопытные сведения обнаружила оренбургская исследовательница российских немцев Ольга Бахарева. Вот что она пишет о Гаазе: «Мекленбургский подданный Карл Гаазе с семьей, проживавший в Ковенской губернии, добровольно выбрал местом жительства Уфу в 1865 г. Родившийся в России, он сознательно не представил прошение в Департамент иностранных дел для получения документов от Мекленбургского правительства, чтобы не числиться его подданным. Он и жена Эмилия направили письменное прошение начальнику Ковенской губернии (город Ковно - нынешний Каунас) о высылке их в одну из отдалённых губерний.
Их направили на жительство под надзор полиции в Оренбургскую губернию, тем самым эта семья по собственному желанию приравняла своё положение к арестантам. Карл Гаазе имел профессию мастера каретно-мебельных и обойных дел, около семи лет работал в Риге в обойном заведении, затем в обществе российских железных дорог по устройству мебели в вагонах, последние четыре года служил ревизором и досмотрщиком по производству вагонов и мебели.
Дорога этого искателя приключений шла в Уфу через Нижний Новгород и Чистополь. В Нижнем Новгороде Карл Гаазе, принятый за настоящего арестанта, подвергся произволу со стороны губернского правления. У него отобрали 10 рублей серебром, на которые имелась квитанция от ковенского губернатора. Лишь вмешательство уфимского губернатора Г.С. Аксакова помогло вернуть незаконно отобранные деньги, которые позже переслали по почте в Уфу. По российским законам иностранцы при переезде из одного города в другой имели специальный билет на жительство, в котором давались приметы владельца, заменявшие современную фотокарточку, и вид (разрешение) на выезд.
Жена Карла Эмилия Каролина Гаазе представляла собой по описанию примет молодую женщину 28 лет, среднего роста, имела темные волосы и брови, серые глаза, продолговатый нос, овальное лицо и «обыкновенные рот и подбородок». Она родилась в России и исповедовала лютеранское вероучение. В конце августа 1865 г., приехав на новое место жительства, К. Гаазе обратился в Уфимскую цеховую ремесленную управу с прошением о его трудоустройстве обойщиком мебели, на что получил разрешение. Через два года в сентябре 1867 года он купил дом и пожелал «навсегда» поселиться в Уфе…».
Внучка Карла Ивановича Евгения вспоминала, что дед не угодил губернатору при сооружении начальственной кареты и был выслан из Риги именно поэтому. Как бы то ни было, но однодневная перепись 1879 года засвидетельствовала, что Карл Гаазе владел земельным участком с домом на углу Пушкинской и Ханыковской улиц (Пушкина и Гоголя), там же имел магазин мебели.
Луизе Вайднер едва исполнилось восемнадцать, когда в семье появился первый ребёнок - Эмилия, названная так в честь бабушки Эмилии Ивановны Гаазе. Потом дети прямо-таки «посыпались»: Карл (в честь деда, разумеется), Мария, Вольдемар (Владимир), Лидия, Вильгельм, Валентин, Евгения, Юлия, Александр. Превосходно шли дела и в булочной. Как тут не вспомнить Толстого с его абсолютно справедливым замечанием о счастливых семьях. Через много лет Евгения Оттовна вспоминала: «Работы хватало обоим родителям. Папа вставал в 4-5 часов утра, чтобы к утру были горячие булочки, а мама попозже. Она отпускала эти булочки разносчицам, которые развозили их потом в больших корзинах на санках или разносили на руках по школам и гимназиям. Поступали тёплые булочки и в магазин, где опять же должна была находиться мама. Не обошлось, конечно, и без посторонней помощи: была и горничная, и стряпуха, и нянька. Я даже помню их имена: Феня, Аринушка и Маша Бордукова». К этим завораживающим картинкам из прошлого можно только добавить, что магазин располагался в одном из самых заметных домов тогдашней Уфы - доме Нагеля на углу Центральной и Пушкинской, в советское время его занимал памятный уфимцам магазин «Рыба».
Но, видимо, однообразие надоело Отто Яковлевичу, и он решил сменить профессию, добавив к хлебопечению ещё и бондарное производство. Вайднер купил дом на Шоссейной улице (Дзержинского) вблизи её пересечения с Аксаковской, стал организовывать мастерскую, закупать лес, искать бондарей. Место было бойкое - в то время здесь проходила единственная ведущая к железнодорожному вокзалу дорога. Но только когда стали поступать заказы на бочки, прежде всего с расположенных неподалёку пивных заводов - «Новая Бавария» Теодора Гербста и родоначальника «Жигулёвского пива» Альфреда фон Вакано, можно было оценить чёткий расчёт Отто Вайднера. Лес привозили зимой вятские мужики, а 500-600-вёдерные бочки отвозились заказчикам в разобранном виде. Дело вроде бы пошло, тем не менее в справочнике 1911 года в доме № 27 по улице Шоссейной указана почему-то только булочная.

«Новая земля»
В 1909 году Отто Яковлевич купил за городом у хозяина близлежащих деревень А.В. Новикова под сад полдесятины земли. Полдесятины - это, как сказали бы современные садоводы, чуть больше пятидесяти соток. Вновь обратимся к воспоминаниям дочери Отто Яковлевича Евгении: «Дачка наша - «Новая земля» или «Земелька» - как называла её мама - находилась в 3 - 4-х км от нашего дома на краю Еленинского поселка, «лицом» в поле. Окружение было, правда, не особенно приятным: сразу за полем - Ново-Ивановское кладбище, по другую сторону - сарай канатного завода без окон и дверей. Интересно было заглянуть в щель и услышать монотонный стук какой-то примитивной машины и такой же монотонный звук отдалённой песни и переклички 2-3 рабочих. Из щелей приятно пахло дёгтем. За садом была покрытая булыжником «Большая дорога» (Сибирский тракт), проходившая через деревню Глумилино (куда мы бегали босыми в бакалейную лавочку). Несколько правее вдоль дороги стояла аллея тополей, а за ними - поля ржи и картофеля. За полем видны были корпуса психиатрической больницы. Левее поля стоял небольшой лес и кирпичный завод с красивой большой трубой. В лесу можно было весной собирать подснежники, а летом васильки и крупные ромашки. На поле перед кладбищем была у нас большая площадка для крокета и игры в лапту и другие игры - «Один в поле не воин», «Шар-масла», «Клёк», «Муха и чижик», «Третий лишний». Валя был большим мастером делать и запускать змеев. Я была ему непременным товарищем. Когда мы не шли на поле, то залезали на крышу дома, удобно усаживались у трубы и запускали змеев прямо оттуда. Змеи были большими и запускались на всю катушку 10-го номера ниток, так что они казались в небе совсем маленькими. В руках чувствовался стук трещотки, приделанной к змею, а когда посылались к змею «телеграммы», то они улетали в высоту по нитке и, в конце концов, становились невидимыми».
Разгулявшееся воображение читателя, увлечённого идиллией, увидит (если он, конечно, сразу не вспомнит, где было Ново-Ивановское кладбище) какой-то удалённый от Уфы участок где-нибудь за Белой или даже Уфимкой - за городом ведь! И очень удивится, узнав, что свой сад Вайднер начал разводить там, где сейчас начинается нечётная сторона проспекта Октября - до 1920-х годов здесь, сразу за границей города, была Восточная слобода. В конце 1930-х слободу буквально прорезала трамвайная линия, а на картах градостроителей уже появился проспект вдоль этой линии, который должен был соединить старую часть Уфы с новым промышленным районом у деревни Черниковка. Там даже была выделена площадь, где ныне стоит Горсовет. Появление будущего проспекта напрямую связано с Валентином Вайднером, но об этом чуть позже.
Отто выписал из Риги саженцы яблонь, груш и даже голубой ели, которая тогда в Уфе росла, пожалуй, только на усадьбе графа Петра Толстого. Построил бревенчатый домик под железной крышей, рядом с ним - большую летнюю комнату, а вокруг нее ещё и террасу с двумя выходами в сад.
Проблемы свободного времени у детей Отто и Луизы в летние каникулы не было: они копали, садили, поливали - словом, ухаживали за садом. Старшая дочь Эмилия, которая к тому времени уже не училась, была на участке за старшую. Дел в таком большом саду хватало. Отдохнуть, ясное дело, успевали тоже. На «дачку» частенько «заглядывали» друзья-одноклассники, ведь почти все дети к тому времени учились: Карл был студентом Петербургского политеха, Владимир после гимназии уехал учиться в Германию, остальные ходили в гимназию или городское училище.
В 1908-1909-х семья потеряла двух младших детей. Тогда думалось, что хуже ничего быть уже не может. Но оказалось, что главные испытания семьи ещё даже не начались и что вовсе не болезни, а люди будут их причиной.
(Окончание следует).

Анатолий ЧЕРКАЛИХИН



Комментариев: 0

Вас зовут*:
E-mail:
Введите код:
Ваше мнение*:
 





НАШ ПОДПИСЧИК - ВСЯ СТРАНА

Сообщите об этом своим иногородним друзьям и знакомым.

Подробнее...






ИНФОРМЕРЫ



Ufaved.info

Онлайн подписка


Хоккейный клуб Салават Юлаев

сайт администрации г. Уфы



Телекомпания "Вся Уфа"

Газета Казанские ведомости



Яндекс.Метрика


Все права на сайт принадлежат:
МБУ Уфа-Ведомости


Facebook