ГЛАВНАЯ
О ЖУРНАЛЕ
АРХИВ НОМЕРОВ
РЕКЛАМА В ЖУРНАЛЕ
КОНТАКТНАЯ ИНФОРМАЦИЯ
ГОСТЕВАЯ КНИГА

СОБЫТИЕ МЕСЯЦА

Генетический рывок
Готовится к запуску Центр молекулярной медицины, созданный на базе кафедры генетики и фундаментальной медицины биологического факультета БашГУ. Его по...

Скоро выборы
Установлен режим работы избирательных комиссий республики в период подготовки и проведения выборов, которые пройдут в Единый день голосования 18 сентя...

И снова в лидерах
Уфа претендует на звание лучшего конгрессного центра России.
Столица Башкортостана стала номинантом ежегодной профессиональной премии в области дел...


Семья поможет семье
Столица Башкортостана принимает участие во Всероссийском конкурсе «Город детей - город семей».
Города-участники должны показать, что реально сделан...


Чтобы ездить с комфортом
В северной части столицы идет ремонт дорог на крупных магистралях и в микрорайонах.
Масштабная реконструкция развернулась на улице Первомайской: за...


Прочь гараж!
Снос незаконно установленных гаражей продолжается. Освобожденные территории становятся новыми зонами активного отдыха горожан.
На улице Зорге вмес...


Для прогулок у озера
Началось благоустройство озера Солдатское в парке Якутова. Рабочие приступили к расчистке дна водоема и прибрежной зоны.
Вокруг него благоустроят ...


Цирк… уедет
Госцирк принимает последних гастролеров. В следующем году он закроется на масштабную реконструкцию.
На эти цели выделено 500 миллионов рублей – из ...


Дотянуться до «звезд»
Уфимцы засветились в рейтинге журнала Forbes.
Певица Земфира поднялась с 24-го на девятое место. Ее доходы за прошлый год составили шесть миллионов...


Увековечат имя
В Уфе установят памятник известной актрисе.
Недавно памятник Пушкину, стоявший у Дома актера, перенесли в другое место. Но пустой постамент остался...


МДИ-2019: на старт!
В Затоне продолжается строительство
Центра спортивной подготовки на улице Камышлинской в Затоне.
Сейчас в строениях угадываются очерт...


Удачного сезона
Начались матчи премьер-лиги регулярного чемпионата по футболу, а чуть позже на лед выйдут хоккеисты.  
Свою первую официальную игру сезона «Уф...


Ретрокалейдоскоп
110. В августе 1906 г. группа боевиков во главе с И.С. Кадомцевым напала на поезд близ разъезда Воронки. Добычей большевиков стали 15 тысяч рублей.




     №8 (177)
     Август 2016 г.




РУБРИКАТОР ПО АРХИВУ:

НЕКОПЕЕЧНОЕ ДЕЛО

ДНЕВНИК ГЛАВЫ

СОБЫТИЕ МЕСЯЦА

СТОЛИЧНЫЙ ПОЧЕРК

РЕПОРТАЖ В НОМЕР

ДЕЛОВОЙ РАЗГОВОР

КУЛЬТПОХОД

ARTEFAKTUS

ЧЕРНЫЙ ЯЩИК

РОДОСЛОВНАЯ УФЫ

СВЕЖО ПРЕДАНИЕ

ЭТНОПОИСК

ГОРОДСКОЕ ХОЗЯЙСТВО

ПО РОДНОЙ СЛОБОДЕ

ДЕЛОВОЙ РАЗГОВОР

ЗА И ПРОТИВ

ГОРОДСКИЕ ТЕХНОЛОГИИ








РУБРИКА "СВЕЖО ПРЕДАНИЕ"

Кредитные операции уфимцев начала XVIII века


В России XVII–начала XVIII века кредитные операции осуществлялись в традиционных формах ростовщических сделок различного характера. Ростовщичество тогда еще не обособилось в особую специальность, не  было и профессии ростовщика-процентщика. На практике ростовщичество сочеталось с другими видами хозяйственной деятельности. В роли кредиторов выступали представители различных сословий. Мелкими сделками занимались даже богатые крестьяне и успешные ремесленники.

В XVII веке наиболее крупными русскими «банкирами» были монастыри. Но все же основными представителями ростовщического промысла в России являлись купцы. Иначе обстояло дело в Уфе. В отличие от центральных уездов страны, в нашем крае монастыри отнюдь не играли ведущей экономической роли. Если в соседних Казанском и Самарском уездах они вели активную торговую и предпринимательскую деятельность, то в Уфимском крае церковь не имела возможности укрепить свое положение из-за вооруженного сопротивления местного населения. Достаточно вспомнить печальную судьбу первой монастырской обители в Уфимском уезде – Вознесенской пустыни, основанной в 80-е годы XVII века неподалеку от нынешнего Красноусольска. В XVII веке ее пытались дважды восстанавливать после башкирских восстаний. Кроме того, уфимское купечество и посадские люди отличались крайней несостоятельностью. Отсутствие необходимых средств приводило к тому, что уфимские торговцы больше сами брали в долг, нежели давали. Если в центре страны торговцы и промышленники активно прибегали к ростовщичеству, то в Уфе их кредитные операции отличались скромными масштабами даже по сравнению с крестьянскими сделками.  
Какой процент платили должники?  
Первые попытки ограничить ростовщические проценты были сделаны уже в княжении Ярослава Мудрого. Первый письменный русский свод законов «Русская правда», появившийся в 1016 году, ввел обязательное вознаграждение за пользование чужими деньгами. В то время на Руси проценты с долга назывались «резами». По утверждению некоторых историков, термин происходит от глагола «прирезать». Дело в том, что в ранний период истории Руси роль денег выполняли меха, которые могли разрезаться в зависимости от величины суммы. Утверждают, что память о «кожаных деньгах» сохранилась в слове «полушка», т.е. пол-уха шкурки зверька. Деньги назывались «кунами», т.е. куницами. При Ярославе Мудром годовой процент ссуды составлял более 50%. В начале XII века киевский князь Святополк Изяславович оказался в тяжелой финансовой ситуации по причине долга, образовавшегося в результате задолженности его казны киевским ростовщикам-евреям. Пришлось ввести новые налоги, чтобы рассчитаться с ними. Один из них (соляной) вызвал народное восстание, в ходе которого были разгромлены кварталы ростовщиков. В 1113 году новым князем был избран Владимир Мономах. Первым своим законом он ограничил ростовщическую маржу 20 процентами годовых. Удивительно, но она сохранялась официально и неофициально более шести столетий. В середине XVIII века историк Василий Никитич Татищев рассчитал, что в XVI веке годовая процентная ставка не превышала пятой части долга. Примерно такая же норма сохранялась при натуральных ссудах очень долго. Еще в середине XIX века наблюдатели отмечали, что крестьяне хлеб выдавали в долг с обязательством вернуть от 1/4  до 1/6 больше полученного.  
Отношение государства
к ростовщичеству
Если ряд законодательных памятников XV-XVI веков рассматривал ростовщичество как нормальное и легальное явление, то указ 1626 года разрешил взимать рост только на протяжении пяти лет, пока процентные платежи не составят полученную сумму. Имелась в виду, как мы видим, ссуда из 20%. Уложение 1649 года в абсолютной и обобщенной форме запретило процентные ссуды. Совершенно ясно, что эти законоположения, как и все многочисленные аналогичные постановления, не имели большого практического значения, хотя, и осложняли деятельность ростовщиков. Наиболее обычным способом обхода закона была выписка кабалы на сумму долга, к которой заранее приписывались и проценты. Упомянутая статья Соборного Уложения 1649 года формально сохраняла силу более ста лет, вплоть до манифеста 1754 года об «указных процентах», установившего максимальный размер ссудной ставки в 6% годовых. Однако на протяжении этих ста лет неоднократно встречаются официальные документы и законодательные акты, говорящие о ссудах под 20% годовых.
Чем обеспечивался кредит
В условиях крепостного строя земля не могла явиться обеспечением ссуды, поскольку считалась принадлежащей государству. Определенные ограниченные права на отчуждение своих земель имели только высшие служилые чины – бояре, а также монастыри. Это обстоятельство ограничивало масштабы ростовщических операций. Ссуды (денежные и натуральные) давались, как правило, под залог движимого имущества. Немаловажной помехой для широкого развития кредитования являлась недостаточная правовая обеспеченность кредитора. Ведь основной формой обеспечения погашения долга был «правеж» и отдача «взажив головой». Слово «правеж» происходит от «править», т.е. «взыскивать». На практике он означал, что несостоятельного должника в течение известного времени ежедневно, кроме праздников, ставили перед судом или приказом, где он был обвинен, и в продолжение нескольких часов били батогами (толстыми прутьями). Такие формы обеспечения долга практически могли применяться только в отношении должников, принадлежавших к социальным низам. Правда, Уложение 1649 года предусматривало применение наказания и к дворянам, однако последние имели возможность поставить вместо себя своих холопов или крепостных людей, что снижало эффективность операции. Сначала продолжительность правежа не была определена законом, указом же 1555 года ограничили одним месяцем за 100 рублей долгу. По закону любой человек мог заплатить долг кредитору и тогда должник поступал в его полное распоряжение. К примеру, в 1701 году уфимский служилый новокрещен Иван Ахмаметьев заплатил долг 50 рублей за мензелинского жителя Якова Жукара. В итоге Яков Жукар вместе с женой и детьми обязался «за те деньги жить ему у Ивана и детей его во дворе вечно». Однако если таковых добровольцев не находилось, то должника через определенное количество экзекуций передавали кредитору «взажив головой». Это происходило только с лицами низших слоев, а с должниками из высших сословий ничего нельзя было поделать и путем правежа. Отдать «взажив головой» означало передать должника под власть кредитора на период отработки должной суммы. Эта мера приравнивала «выданного взажив головой» к холопам. При этом кредитор обязывался не морить голодом и не увечить. Впрочем, в Уфе эту меру взыскания применяли даже к служилым людям. Так, в 1704 году иноземский сын Иван Иванович Гречкин с женой по заемной кабале по «недоплатным деньгам за 66 рублей по указу великого государя и по уложению отдан взажив головой гостиной сотни Илье Астафьевичу Лузину, жить ему Ивану у него Илье 9 лет». Только в 20-е годы XVIII века Петр I уничтожил как правеж, так и выдачу головой, введя европейскую правовую норму о соразмерном удовлетворении кредиторов. Однако принудительные меры остались в силе в течение всего XVIII века в виде работ на галерах для отработки долга, тюремного заключения и т.д.
Уфимские посадские люди часто прибегали к такой форме обеспечения денежного долга, как заклад детей. Эта мера не противоречила законодательству начала XVIII века, так как дети официально считались собственностью своих родителей. Так, в 1707 году уфимский житель Иван Корнаухов занял у попа Рождественской церкви Михайла Ивановича Вешнякова два рубля 8 алтын, а в тех деньгах заложил дочь свою на один год. В 1703 году уфимский житель Наум Сидоров взял в долг 5 рублей, а в «тех деньгах заложил дочь свою родную». Иногда в краткой записи указывались причины, побудившие должника использовать в качестве обеспечения займа своего ребенка. В 1734 году отставной солдат Уфимской провинциальной канцелярии Остап Васильев взял у канцеляриста Михаила Безобразова 20 рублей от «нестерпимого хлебного гладу», а в тех деньгах заложил сына.
Некоторые виды залога представляют несомненный интерес для историков одежды или быта. В 1701 году пеший стрелец Тимофей Касимов занял у иноземского поручика Михаила Жукова 6 рублей с полтиной, «а в тех деньгах заложил шубу мужскую мех куний лапчатой, крыта атласом зеленым, пять пуговиц серебряных вызолоченных, да чарку да стакан серебряные». Следует отметить, что шубы и шапки из лапчатого меха были самым распространенным видом зимней одежды. Собольи или куньи лапки отделялись от шкурок, потому что башкиры сдавали ясак только главной частью меха – «хребтами». Отходами промысла, не представлявшего интерес для казны, шла бойкая торговля. В 1703 году уфимский подьячий Иван Моисев взял в долг у промышленника Михаила Колчина 20 рублей, заложив при этом «шубу бархатную соболью, шапку соболью поношенную, сарафан двоелишной, сарафан луданной, шубку женскую соболью, серебряных пуговиц 25, сарафан дорогинной, пуговиц 25 серебряных, шубу холодную кунью зеленую, полукафтан окладной, у того кафтана 11 пуговиц,  шуба бельчатая». (Двоелишный -  тонкий холст из пряжи двух цветов, луданный и дорогиной – виды восточного шелка). В 1705 году капитан уфимского солдатского полка Иван Иванович Ивлиев занял у табачного промышленника Ивана Ивановича Белякина 100 рублей до Рождества, «а в тех деньгах заложил в сундуке да в двух коробках за замками и за печатями кафтан драгунский сукном зеленый, кафтан луданой ветхий, полукафтанье луданое красное, два портища лудану, два кушака, шуба русская лазоревая луданая испод беличий, три ружья, лук турецкий да лук макарьевской, саадак оправленный серебром со стрелами, седло по серебряное, красные две шапки собольи верхи бархатные, штаны кармазиновые с кружевом, три сафьяна, три узды посеребряные насеченные серебром, две чарки серебряные золоченые, три коня рыжих». (Кармазиновый – ярко-красный). Этот бравый капитан петровской армии обладал всем необходимым для любых побед – оружие, чарки и стаканы, кони и эффектная сбруя и не менее эффектное обмундирование, среди которого отметим красные штаны с кружевами. Судя по закладу, простые горожане могли себе позволить довольно дорогую одежду. Так, посадский человек Василий Дудкин занял у сотника Петра Шапошникова денег 15 рублей, а «в тех деньгах заложил телогрею холодную атласную красную с кружевом, 20 пуговиц серебряных, телогрею луданную красную с кружевом, а серебряных пуговиц 20». В 1707 году уфимский посадский человек Иван Стасов занял у сотника стрельцов Петра Шапошникова денег 30 рублей, а «в тех деньгах заложил он телогрею луданную поношенную мех лисий красный, телогрею камчатую холодную цветную с кружевом, с серебряными пуговицами, сарафан камчатой красный с кружевом позолоченными серебренными пуговицами, сарафан луданый зеленый поношенный с кружевом и пуговицы серебряные, кокошник жемчугом по атласу красному расшитый». В том же году посадский человек Василий Тарпанов занял у дворянина Федора Гладышева 48 рублей, «а в тех деньгах заложил телогрею мех лисий под камкой, с кружевом двенадцать пуговиц серебряные, телогрея лап лисьих бурых под камкой алой, пуговицы позолоченные, ковш серебряной весом полтора фунта, кокошник жемчужный по атласу красному шитый». Однако постепенно в гардеробе уфимцев телогреи и сарафаны вытесняются европейской одеждой. Так, в 1738 году канцелярист Дмитрий Нагаев занял у купца Якова Кормщикова денег 15 рублей, а в тех деньгах «заложил двор с хоромным строением, да кафтан поношенной немецкой, кунтыш луданной красный с пухом холодный, шуба голландская бобровая опушена лисицей, оловянных два блюда, пять тарелок оловянных, три стопы медной посуды, меденник, две ендовы». (Кунтыш – польский кафтан с шнурами и откидными рукавами, ендова – низкая большая медная, лужёная посуда с рыльцем, используемая для хранения и употребления пива, браги, мёда).
В ряде случаев уфимцы занимали друг у друга не только деньги. В 1702 году, отправляясь на Северную войну со шведами, конный стрелец Филат Иванов позаимствовал у конного стрельца Ивана Жукова панцирь с условием по завершении похода вернуть его хозяину в целости, а ежели в «целости не будет, то заплатить ему 15 рублей».      
Крепостные книги
Все кредитные записи фиксировались в специальных крепостных книгах. Записи займов назывались кабалами. В них указываются число и месяц совершения займа, имена и фамилии должников, кредиторов, социальное положение, размеры суммы, условия займа, срок займа и имена поручителей. Мы изучили 73 крепостные книги Уфы с 1701 по 1725 год, в которых отмечено 1350 заемных кабал. Интересно, что большинство сделок имело внутрисословный характер. Уфимские дворяне, стрельцы и посадские люди брали деньги в кредит в основном друг у друга. Сделки с представителями других сословий встречаются в два раза реже. Уфимцы эпизодически вступали в заемные отношения с башкирами. Главным препятствием для налаживания нормальных хозяйственных отношений города с коренным населением являлись законодательные ограничения судебной ответственности. Под страхом смертной казни русским людям запрещалось брать в залог не только самих башкир, но и их движимое и недвижимое имущество. Сама процедура привлечения к суду должника была крайне хлопотной и даже опасной, поскольку требовала посылки судебных приставов в отдаленные башкирские волости.
Главные
кредиторы Уфы
В первой половине XVIII века самыми крупными кредиторами Уфы выступали не купцы и промышленники, а служилая элита, тесно связанная с административным аппаратом управления уездом. Так, даже самые успешные купцы и промышленники выдавали займов на 30-40 рублей в год (по 2-3 рубля по одной кабале). В то время как некоторые гражданские администраторы и военные чины измеряли выданные кредиты сотнями кабал и тысячами рублей. К примеру, один только поручик служилых иноземцев, а позднее глава полиции Михаил Гаврилов Жуков за один 1707 год раздал на разных условиях 3256 рублей. Его семья заслуживает особого внимания и в связи с ростовщической деятельностью. Родоначальник фамилии Артемий в 1635 году служил в пеших стрельцах. Материалы крепостных книг провинциальной канцелярии за 1701 – 1736 годы зафиксировали 1575 всякого рода долговых операций. В 168 случаях, т.е. более 10% всех сделок, в качестве кредиторов выступают 5 членов семейства Жуковых. Поручик иноземцев Михаил отмечен в 136 сделках. Начинал свою карьеру Михаил Гаврилович очень скромно. В 16 лет устроился подьячим в денежный стол приказной избы. Затем поступил в служилые иноземцы. К 1699 году он фигурирует в документах в чине поручика иноземного и новокрещенского списка. С 1702 по 1736 год им было выдано в качестве кредитов на различных условиях 12404 рубля. Общая сумма всех заемных кабал, зафиксированных в этот период в Уфе, составляла 47023 рубля. Таким образом, М.Г. Жуковым было роздано в долг более четверти всех средств, обращающихся в ростовщических операциях. Всего в таких сделках принял участие 381 человек, но никто из них не обладал подобными средствами. В 1710-1716 годах в среднем в год он кредитует на различных условиях до 2 тысяч рублей. В 1724 году дворянские роты были вынуждены взять у него кредит под залог жалованья 100 рублей. Он являлся владельцем
6 городских лавок. Торговые агенты Михаила Жукова ездят по всей Башкирии и отправляют товар на  Макарьевскую ярмарку. В 1738 году администрации удалось выявить истинные источники капиталов М.Г. Жукова. На следствии стало известно, что полицмейстер Жуков разорил многие башкирские дворы, представив в суд на них заемные кабалы на 100, 300 и 600 рублей. Как показала судебная экспертиза, эти долговые документы были подделаны самим Жуковым с группой переводчиков, помогавших ему фальсифицировать подписи на башкирском языке. Некоторые долговые акты оказались подлинными, но следствие установило, что должники были вынуждены написать на себя кабалы, будучи арестованы полицмейстером и ежедневно пытаемы его подопечными. Согласно сенатскому указу Михаила Жукова должны были казнить, но по решению императрицы Анны Иоанновны смертную казнь ему заменили каторгой на уральских заводах. Вторым в списке крупных ростовщиков был служилый новокрещен, татарский толмач, ставший в 1712 году провинциальным фискалом Яков Кормщиков. С 1710 по 1725 год он раздал на различных условиях 2598 рублей.

Булат АЗНАБАЕВ



Комментариев: 0

Вас зовут*:
E-mail:
Введите код:
Ваше мнение*:
 





НАШ ПОДПИСЧИК - ВСЯ СТРАНА

Сообщите об этом своим иногородним друзьям и знакомым.

Подробнее...






ИНФОРМЕРЫ



Ufaved.info

Онлайн подписка


Хоккейный клуб Салават Юлаев

сайт администрации г. Уфы



Телекомпания "Вся Уфа"

Газета Казанские ведомости



Яндекс.Метрика


Все права на сайт принадлежат:
МБУ Уфа-Ведомости


Facebook